Почти мемуары с рассуждениями… (Часть 6)

Продолжение. Начало: Альберт Гаямян: Почти мемуары с рассуждениями… (ЧАСТЬ 1). А также: Почти мемуары с рассуждениями… (ЧАСТЬ 2), Почти мемуары с рассуждениями… (Часть 3), Почти мемуары с рассуждениями… (Часть 4) и Почти мемуары с рассуждениями… (Часть 5). Армянский вопрос в Баку решался тем же путем, что и в Сумгаите. И если в Сумгаите Советские войска «опоздали» на 3 дня, в Баку они «опоздали» на целую неделю и вошли в город лишь тогда, когда там практически не осталось армян, они были убиты, замучены, ограблены и изгнаны. Этому преступлению, одному из самых масштабных в истории армянского вопроса, до сих пор не дана ни политическая, ни правовая, ни нравственная оценка. Азербайджан состоит в ООН, Юнеско, других международных организациях, и «главный мировой жандарм по правам человека» качает бакинскую нефть и совершенно не вспоминает о зверствах, происходивших там не так уж давно.

Главный погром армян произошёл с 13 по 20 января 1990 года. Как получилось, что целую неделю в городе не было Советской власти, если помимо местных органов власти и правоохранителей, ещё с 1988 года туда были подтянуты силы КГБ, МВД и Советской армии? Ответ таков: Власть в городе принадлежала Народному фронту Азербайджана, который к тому времени вытеснил официальные структуры власти, спецслужбы, правоохранительные органы и армию.

Говоря о январских событиях, нельзя не сказать, что период с февраля 1988 по январь 1990 года был тоже не простым. Почти два года в городе, из которого ежедневно уезжали армяне, русские, евреи и представители других национальностей, распродавая за бесценок своё имущество, продавая или обменивая своё жильё, лилась кровь невинных людей, пойманных толпами бесчинствующих мерзавцев. Многих армян убивали по наводке соседей. Это был неплохой способ завладеть квартирой убитых.

Начавшись в 1988 году, погромы достигли второго пика в августе 1989 года, а в январе 1990 года, как уже говорилось, был нанесен последний и окончательный удар по многотысячному бакинскому армянству. Многие армяне упорно отказывались даже допустить возможность повторения сумгаитских событий в городе, который по праву считали своим, родным, где родились, жили, трудились и умерли их предки.

Отмечу ещё раз, что Баку, основан армянским князем Бакуром Аршакуни в 162 году нашей эры, и назван в его честь Бакуракертом. С годами название города сократилось до четырёх букв. Бакуракерт упоминается ещё в VIII веке, в книге «История Халифов» Варпет Гевонда, в связи с уничтожением там армянских священников. Но тогда, в советские времена, армяне об этом даже не догадывались, ведь об этом не рассказывали ни в школе, ни по телевизору. Советская цензура не пропускала подобную информацию ни в книгах, ни в газетах. Историю всегда писали победители, а, значит, все искажения не в пользу проигравшего…

Проигравшей стороной после установления Советской власти в Закавказье была Армения: большая часть земель вместе с армянской Святыней – горой Арарат, безвозвратно отдана Турции, Арцах (Карабах) и Нахичевань переданы Азербайджану.

Впервые топоним Нахичевань упоминается в «Географии Птолемея» под именем Наксуана. Топоним Нахичевань происходит от армянского собственного имени «Νaχič» и слова «avan» — местечко. Как отмечает видный немецкий филолог Генрих Хюбшман, топоним Нахичевань происходит от армянского префикса «нах» и слова «иджеван», и означает «место первой высадки». Иудейский историк Иосиф Флавий, живший в I веке, в качестве места высадки Ноева ковчега упоминает топоним «Апобатерион», грамматический буквальный перевод армянского Нахиджевань означает «место высадки» и идентифицируется с Нахичеванью. Флавий сообщает также об этническом составе края. Он писал: «Через семь дней Ной выпустил с тою же целью голубя. Принеся затем жертву Господу Богу, он вместе с сородичами своими устроил жертвенный пир. Это место армяне называют «местом высадки», и до сих пор ещё туземцы показывают там остатки, сохранившиеся от ковчега».

Но вернёмся к событиям в Баку. Я уже упоминал о том, что мать моего школьного друга, армянку по национальности вышедшую замуж за азербайджанца, во время погрома влиятельные люди вывозили из города в багажнике легкового автомобиля. Кстати, у неё было огромное количество драгоценностей, которое вывозили близкие ей люди. Насколько мне известно, тогда пропали и люди, и драгоценности. Мне ничего неизвестно об их дальнейшей судьбе. Возможно, они давно уже в мире ином, возможно, живут и здравствуют. А, возможно, мучаются от болезней и напастей за свои грехи. Кстати, подобных ситуаций, когда люди забывали обо всём святом, было немало. Мне не хочется вспоминать о том, как поступили мои родственники, с большинством из которых я до сих пор не общаюсь.

Но было и другое… Жил рядом с нами русский мужик лет сорока пяти – Лобанов Славик. Он был водителем громадного трубовоза. Вспоминая его, не могу не отметить, что почти каждый день он был либо пьяный, либо обкуренный, и в таком состоянии он водил машину, не редко совершая ДТП. Вся округа стонала от него. Если он был «под мухой», все, и дети, и взрослые, разбегались только при одном его виде. Иногда с громадной финкой он бегал за кем-то с криком «Убью, сука!». Участковый приезжал за ним только с группой захвата, и человек пять, вместе с его женой килограммов под двести, «упаковали» его в милицейский «УАЗик». Через несколько дней он появлялся снова в слегка «помятом» виде, и безобразие продолжалось. Почему ему всё сходило с рук, не совсем было понятно.

Однажды, за пару лет до бакинских событий, когда мне было шестнадцать лет, он попытался меня обидеть словами и оскорбить, но пообщавшись со мной, передумал. После этого мы периодически общались с ним о смысле жизни. По его словам, только я один понимал, что твориться в его тёмной душе. Так вот, когда я служил в армии, и в моей округе ожидался погром, трезвый и вооружённый пистолетом «ТТ» и гранатой, Славик со своими друзьями сидел у нас во дворе и охранял мою мать. Об этом я узнал, когда вернулся из армии. По её словам, к нам не сунулись только потому, что знали о неуправляемости Лобанова. Как я могу забыть такое?

А потом, спустя многие годы, я узнал, что Славик Лобанов воевал в Карабахе на стороне Азербайджана против Армении. И знаете почему? Потому что у него был сын – Андрей, на пару лет младше меня. И если бы спаситель моей матери отказался бы идти добровольцем на фронт, то его сына отправили бы туда в обязательном порядке. Вот такая горькая правда жизни…

Народный фронт Азербайджана (НФА), о котором уже упоминалось, был создан в августе 1988 года, его отделения вскоре появились во многих городах республики. Новая организация быстро получила повсеместную поддержку во всём Азербайджане. Одним из лидеров Народного фронта был ранее упомянутый мною Абульфас Эльчибей, двоюродный брат Гейдара Алиева, который действовал при его полной поддержке, но без афиширования этого факта.

Критикуя руководство республики за неспособность радикально разрешить проблему Нагорного Карабаха, лидеры НФА призывали народ к активным действиям и, организовав блокаду Армении, быстро завоевали необыкновенный авторитет. Реальная власть в Азербайджане постепенно начала переходить к ним.

В Баку начались антиправительственные митинги, в районах формировались вооруженные отряды НФА, а кое-где, например, в Ленкорани, произошли акты захвата власти. В конце декабря 1989 года начались уничтожения пограничных сооружений на границе с Ираном, в начале на территории Нахичеванской автономной республики, а затем и повсеместно. Пограничные заграждения были снесены на протяжении свыше семисот километров, начались переходы границы группами в несколько тысяч человек. При этом были и рейды за оружием, хотя, в общем, эти акции больше носили политический характер. Одновременно началось вытеснение подразделений советских воинских частей из республики.

В самом Баку к началу января 1990 года власть безраздельно принадлежала НФА. К тому времени в городе систематически совершались нападения на армянские квартиры, убийства, насилия и грабежи. По свидетельствам многих очевидцев, в городе были зафиксированы неоднократные факты каннибализма, сожжения людей заживо, групповые изнасилования. Такое казалось невозможным в регионе, где исторически отсутствовало явление каннибализма.

Под главный удар боевиков Народного фронта в январе 1990 года попали те, армяне, которые не могли либо не хотели покинуть Баку в связи со своим возрастом, либо тем, что их дети были рождены в браке с азербайджанцами. Кстати, среди жертв главного погрома оказался тринадцатый чемпион мира по шахматам Гарри Каспаров,  армянин по матери, и еврей по отцу, который и сейчас с гордостью заявляет, что по национальности он – бакинец. Хорошо, что не шахматинец. Боевикам Народного фронта такая нация была не по душе, Каспарову и его близким также была уготовлена смерть.

Руководитель отдела управления «З» КГБ СССР Владимир Луценко и начальник отделения Валерий Хмелев пишут: «Семью Каспарова: Гарри, его жену, маму и бабушку наши ребята сначала тайно вывезли в санаторий КГБ, а потом со всеми мерами предосторожности, привезлив аэропорт и спецрейсом на ТУ-134 отправили в Москву».

Сегодня представители Азербайджана льют слёзы по Карабаху и территориям, оккупированным Армией Обороны Нагорного Карабаха вне НКАО, рассказывая всему миру о зверствах армян. Но может им стоит вспомнить о том, как они «запустили этот бумеранг» в Сумгаите, Баку, Кировабаде и других городах и населённых пунктах Азербайджана?

Оставьте свой комментарий

Ваше имя
Оставьте комментарий